«Мы не вправе этого забыть или простить ни сейчас, ни в будущем», — посол России в Польше о войне с памятниками

«Мы не вправе этого забыть или простить ни сейчас, ни в будущем», — посол России в Польше о войне с памятниками | Русская весна

В последние недели в Польше вновь активизировалась кампания по сносу памятников советским воинам. Демонтаж монументов, установленных в память о павших героях Красной армии, ведется в рамках исполнения закона о «декоммунизации». Документ, принятый польскими властями в 2017 году, вводит запрет на пропаганду коммунизма «или другого тоталитарного режима».

О том, сколько мемориалов уже стали и еще могут стать жертвами этой политической кампании, а также о том, как Россия должна реагировать на развязанную Варшавой «войну с памятниками», рассказал посол РФ в Польше Сергей Андреев.

— О сносе скольких памятников известно российскому посольству сейчас? По подсчетам польского Института национальной памяти, закон должен затронуть более 450 монументов по всей стране, 230 из которых — солдатам Красной армии. При этом снести памятники намеревались в течение года.

Стоит ли ждать, что вскоре их начнут демонтировать с удвоенной силой?

— Срок «устранения из публичного пространства» памятников, «пропагандирующих коммунизм», к которым польские власти относят и памятники советским воинам-освободителям, установлен поправками к закону о запрете пропаганды коммунистического и иного тоталитарного строя (так называемому «закону о декоммунизации»). На это отводился год с момента вступления поправок в силу — то есть до октября 2018 года.

Но в декабре закон снова поправили — местным органам власти было предписано убрать все «неправильные» памятники до 31 марта нынешнего года.

Тем, кто в эти сроки «уложится», затраты на снос обещали компенсировать из госбюджета.

Тех же, кто к назначенному времени не выполнит требование закона, воевода (представитель правительства в регионе-воеводстве. — прим. ред.) в принудительном порядке заставит сделать это за счет собственных средств.

С лета 2017 года по настоящее время нами зафиксировано 23 случая сноса польскими властями памятников советским воинам-освободителям. Причем их число резко возросло в марте — накануне установленного законом «крайнего» срока.


Памятник Героям совместного освобождения Пулавы, Польша
Фото: РИА Новости/Алексей Витвицкий

Но очевидно, что этот перечень далеко не полный. У нас нет полной информации о том, сколько советских памятников уже снесено местными властями к настоящему времени.

Польский Институт национальной памяти — государственное учреждение, отвечающее за разработку так называемой исторической политики и выдающее, в частности, официальные заключения о том, является ли тот или иной мемориальный объект «пропагандирующим коммунизм», — летом 2017 года действительно обнародовал свою оценку количества памятников, подлежащих сносу, — около 230.

Однако их список опубликован не был. Нет и общедоступных сводных данных о том, как выполняется «план по сносу советских памятников» на местах.

Посольство и генконсульства России в Польше получают информацию о демонтаже советских мемориалов из сообщений местных СМИ, от неравнодушных польских граждан и проживающих в этой стране российских соотечественников, по результатам выездов на места наших сотрудников.

В дальнейшем посольство и генконсульства РФ намерены осуществить максимально полную проверку наличия и состояния советских и российских мемориальных объектов в Польше, но эта работа займет несколько месяцев.

— Какие встречные меры может принять Россия в ответ на снос? Когда закон был принят, в Москве говорили про персональные санкции против причастных к разработке закона польских политиков, экономические меры воздействия.

— Мы считаем, что в существующих обстоятельствах самый правильный ответ на действия польских властей — это формирование в российском обществе и у международной общественности адекватного их восприятия, уверенности в нашей правоте и глубокой моральной ущербности польской «войны с памятниками».

Этой цели и служат наши протесты, которые мы по каждому случаю заявляем польской стороне, и постоянные обращения к этой теме на международных площадках — в ООН, ОБСЕ, Совете Европы.

Мы не вправе этого забыть или простить ни сейчас, ни в будущем — когда в той или иной форме возобновится российско-польский диалог и нам снова попытаются предъявить «исторические» претензии, требования и т. п.

Очевидно, что пока в Польше отрицается освободительная миссия Красной армии во Второй мировой войне, оскорбляется память наших предков, павших в боях за освобождение этой страны, условия для обсуждения интересующих польскую сторону исторических тем отсутствуют в принципе.

Что же до каких-то ответных практических шагов, то определенные решения принимаются — о них мы не всегда считаем нужным говорить публично. Вместе с тем следует ясно понимать, что нынешние польские власти стремятся как раз к максимальному ограничению и сворачиванию связей с Россией.

«Война с памятниками», по сути, преследует цель спровоцировать нас на непродуманные резкие действия, которые искомого результата не дадут, зато доставят удовлетворение нашим оппонентам.

Соответственно любые предложения, которые высказываются в нашей стране в ходе общественных дискуссий по поводу отношений с Польшей, должны рассматриваться с учетом их практической целесообразности и соответствия заявляемым целям.


Красная звезда на вершине стелы в Миколине, Польша
Фото: РИА Новости/Алексей Витвицкий

— После принятия закона в СМИ высказывались идеи перевезти подлежащие сносу памятники и монументы в музей под открытым небом на территории Польши или же передать их России. Эта инициатива получила какое-то развитие?

— О том, чтобы собрать сносимые советские памятники в каком-то музее под открытым небом, в Польше уже давно не говорят — их или уничтожают, или отвозят на какие-то склады, или передают в местные музеи как «символы советского доминирования».

Мы со своей стороны считаем, что переносить памятники куда бы то ни было, в том числе и в Россию, неправильно. В отрыве от мест, где они были поставлены в память о произошедших там событиях, эти объекты лишаются смысла.

Читайте также: Захарова посоветовала главе МИД Франции почитать Жюля Верна

Соглашаться на перенос — значит, косвенно участвовать в польской кампании по устранению советских памятников. Это вполне устроило бы наших оппонентов, которые не устают подбрасывать нам эту идею: мол, если эти памятники вам так дороги, забирайте их себе. Это был бы прецедент для тех, кто может попытаться последовать этому примеру не только в Польше, но и в других странах.

Поэтому, когда такие инициативы выдвигают неравнодушные люди в нашей стране, мы понимаем, что они руководствуются лучшими побуждениями, и благодарны им за такое отношение, но всё же стоим на том, что делать этого не надо.

Наталия Портякова